О муллах и имамах через призму татарской литературы

О муллах и имамах через призму татарской литературы 4 Февраля 2020

Начиная со школьных парт, ученик узнает по татарским классическим произведениям о чрезмерно строгих, лицемерных имамах, наказывавших шакирдов медресе за малейшие проступки. У подрастающего поколения складывается негативное впечатление о муллах и устазах той эпохи, а родители, не будучи свидетелями происходившего, тоже зачастую убеждают их в этом. Внештатный корреспондент сайта «Исламский портал» попытался разобраться – почему религиозных представителей выставляли в таком свете и за что абызы «не нравились» татарским писателям?

В татарской литературе с начала XX в. постепенно сформировалась тенденция негативного отношения к религиозным представителям. Это, в первую очередь, связано с идеологией старой школы обучения – кадимизмом,  а ишаны и муллы – это бывшие ее воспитанники. Они расценивались как люди, тянущие к регрессу, упадку как отдельных людей, так и в целом общество того времени (несмотря на то, что многие из них являлись образованной частью мусульманской интеллигенции). В народе их называли «собирателями милостыни», «мужчинами, которые посещали «аш» и занимались лишь  наполнением  своего чрева» («аш» (от тат.) -застолье у татар, на котором читаются мусульманские молитвы, затем гостей потчуют вкусными блюдами).

На эту тему с нами поделилась мыслями преподаватель кафедры Татарского языка и национальной культуры РИИ Гузель Батыршина.

«Как пример можно привести отношение Карима Тинчурина к муллам в его драме «Зәңгәр шәл» («Голубая шаль»), где автор откровенно высмеивает религиозных персонажей. Он особое внимание уделил тому, что мулла предпочитал брать в жены молодых девушек, проводил обряд «рукъя», навязчиво касаясь женских тел. Конечно, писателям, драматургам, а также режиссерам свойственно гиперболизировать происходившее, чтобы впечатлить читателя или зрителя. И на сегодняшний день мы не можем как категорически отрицать такое в прошлом, так и утверждать, что все происходило именно так.

Пьеса по произведению Гаяза Исхаки, также поставленная на сцене театра им. Г. Камала, показывает, как шакирд медресе отправляется в дом терпимости, где проводит ночь с женщиной легкого поведения. То, как это изображено в спектакле, многие зрители не смогли принять позитивно, зачастую это вызывало чувство неловкости. При том, что в произведении этот фрагмент изображен также, на наш взгляд режиссеру следовало изобразить в более сдержанных тонах. В романе Галимджана Ибрагимова «Безнең көннәр» («Наши дни») рассказывается о шакирдах, которые выступают за реформирование религиозного образования. Но позже, не добившись успеха, на фоне государственных и социальных потрясений многие из них так и не нашли своего места в жизни: кто-то из них повесился, кто-то спился…. Читая произведения о той эпохе и смотря спектакли, поставленные по ним, стоит задуматься - почему же так происходило на самом деле? Одной из основных причин этого заключалась в том, что в Российской империи для татарского населения фактически было недоступным светское образование. Единственным способом получить грамотность в то время была учеба в медресе. Но несовершенные методы преподавания и то, что обучаться нередко шли не по зову сердца неокрепшие в религии молодые люди, приводило иногда к столь печальным последствиям. А большой город, куда попадали вчерашние деревенские ребята для учебы в медресе, был полон сомнительных соблазнов и зачастую сбивал их с правильного пути. 

hz8aBXQeIwo.jpg

На сегодняшний день можно проследить обратную тенденцию, когда современные имамы показаны порядочными, ответственными людьми. Ярким примером этого является пьеса Туфана Миннуллина «Мулла», описывающая непростую жизнь молодого имама среди религиозно безграмотных односельчан…. Взгляды и времена меняются…», –подытожила Гузель ханум.

Одним из известнейших и скандальных стихотворений, посвященных деятельности имамов, является стих Габдуллы Тукая «Где муллы, что хотят омусульманить Японию?». История написания стихотворения гласит, что после окончания русско-японской войны, среди реакционной части мусульманского духовенства страны распространились слухи о желании японского императора, микадо, принять ислам и для распространения его в своей стране приглашает к себе мулл–миссионеров. Один из идеологов ислама, Габдрашид Ибрагимов, даже отправился в Японию и написал об этом книгу. Стихотворение Тукая направлено против этого «клерикального бума».

О муллах Тукай отзывается следующим образом:

«Вы осчастливливали нас: таскались вечно по гостям

И обжирались, как скоты, позоря свой духовной стан.

В базар мечети превратив, намазом торговали вы,

Заране продавая рай, вы набивали свой карман».

В данных строках Тукай намекает на то, что муллы часто принимали саадака (милостыня) и ходили по пиршествам, не принося особой пользы обществу. В XIX веке муллы являлись авторитетами, и каждый человек должен был обращаться к ним по-особому, на что сетовал Тукай.

«Ужель питомцы Бухары и там

Главенствовать начнут?

Ужели их и там сочтут примером истых

Мусульман?

Бесстыдники! Довольно лгать! Зачем шумите, вы, крича:

«Пускай японец на себя теперь напялит наш чапан!»

Так, в яростном духе заканчивается стихотворение»/

Кроме Тукая, в подобном свете имамов представлял и Гаяз Исхаки в произведении «Тормышмы бу?» («И это – жизнь?»). Родители главного героя внушали сыну стать имамом, чтобы в будущем быть обеспеченным, быть авторитетом среди ахунов, угощаться на приемах и быть главным «аксакалом» в деревне в то время, когда он еще являлся юношей! Они не внушали ему стать муллой ради довольства Всевышнего, ради помощи людям в религиозно-духовных вопросах, они лишь желали авторитетности сына перед жителями деревни, приводя в пример своих предков, которые тоже были когда-то уважаемыми «аксакалами» в деревенях. Хвастовство и высокомерие, возникающие у подобных представителей религии строго порицается в суре Ан-Нахль, в 23 аяте: «Нет сомнения в том, что Аллах знает, что они скрывают и что совершают открыто. Поистине, Он (Аллах) не любит высокомерных», а также в хадисе: «Не войдет в Рай тот человек, в сердце которого останется высокомерие весом хотя бы с пылинку».

В XXI веке к религиозным представителям стали относится лучше. Связано это во многом с тем, что в России наступила новая идеология  исламского модернизма в конце XIX, в начале XX века, которая противостояла кадимизму, то есть консервативному направлению в российском исламе. За модернизацию ислама боролись многие представители духовной интеллигенции Габдулла Буби, Муса Бигиев, Ризаэтдин Фахретдин и другие. Они добились своими многочисленными стараниямим, «противостояниями» того ислама, который процветает в нашей стране на сегодняшний день. Позже писатели отошли от тенденции «раскрывания недостатков» имамов, и посмотрели на них с другой стороны. Произведение Туфана Миннулина «Мулла» с положительной стороны описывает судьбу имама. Самат (уроженец татарской деревни) привозит в деревню муллу, который спас бы жителей от нарастающей безнравственности. Не все доброжелательно относятся к приезду Асфандияра (мулла): об этом говорят грубое поведение «местных» и противостояние с бизнесменом, который предлагает ему уехать из деревни и заняться нефтяным производством. Он уговаривает его со словами: «Все равно здесь ты никому не нужен». Однако мулла остается. Своим поведением показывает другим, каким должен быть благочестивый человек. Несмотря на то, что местные не воспринимают религиозного представителя всерьез, они начинают меняться изнутри, сами того не понимая. Девушка, влюбившаяся в муллу, надевает платок, а Валиахмет отказывается выпить с гостями, как он мог сделать это раньше. В произведении мулла предстает как высоконравственный решительный человек с твердыми убеждениями.

Ответственность религиозных деятелей лежит не только перед народом, но и перед Всевышним Аллахом. К тому же, быть имамом нелегко - на них народ накладывает больше ответственности, чем на обычных людей. Однако каждый мусульманин должен быть лицом Ислама, а не только абызы.

 

ГАЛИЕВА Айсылу, специально для Исламского портала

 

 

 

 

 


Количество показов: 558

Возврат к списку