Что значит быть настоящим мужчиной?

Что значит быть настоящим мужчиной? 4 Марта 2020


Ну и подумаешь, «тройка»… Зачем мне учиться? Школа эта, контрольные какие-то… Кто их придумал вообще?! – возмущается двенадцатилетний голубоглазый мальчик, обращаясь к своей сестре. И семья мне не нужна, дети – особенно. Мне и одному хорошо будет. Военным стану. Из автомата стрелять буду, в горячих точках воевать, как настоящий мужчина! Вот это настоящая жизнь!

Но, Сеня… девушка в растерянности пытается найти подходящие слова, чтобы возразить брату. Она была бы рада, чтобы он «как настоящий мужчина!», но воевать… Людей убивать, значит? Человек человека? Это и есть быть настоящим мужчиной?

Этот отрывок диалога подруги с младшим братом задел что-то и в моем сердце. Можно, конечно, сослаться на переходный возраст и юношеский максимализм, оставить мальчика в покое авось повзрослеет и одумается. Но слишком много «живых» историй от ветеранов войны и тружеников тыла было услышано в школьные годы, чтобы остаться равнодушными к таким словам. Более того, за безрассудной идеей одного мальчика стоит образ мышления сотен тысяч современных подростков, будущего нашего общества.

Справедливо ли утверждение очаровательного юноши о том, что воевать – значит быть настоящим мужчиной? Как оно там, на войне? Всегда ли в жизни все заканчивается, как в фильмах, хэппи-эндом? Что чувствуют солдаты и о чем их мысли в пылу сражения? Вопросы появляются один за другим, поднимая в голове клубы пыли от разворошенных историй и сюжетов любимых книг.

v-2QrPv60xk.jpg

С одним человеком, чья жизнь соприкоснулась с войной, я знакома более десяти лет. Супруг моей тети, Сибагатов Ринат Наилевич, появился в нашей большой семье и очень быстро завоевал всеобщую любовь. Статный широкоплечий мужчина с черными, как смоль, залихвастскими кудрями… Его добродушная улыбка и легкий задорный тон за считанные секунды могут спасти даже самый безнадежно испорченный день.

Когда я была маленькой, он казался мне веселым великаном: без тени сомнения он соглашался на любые шалости, учил танцевать и всегда с аппетитом за компанию уплетал пломбир. Летом мы ходили в зоопарк, лазали по танкам и самолетам в парке Победы, зимой катались на коньках и гуляли в лесу. В старшем возрасте я обрела в его лице надежного друга и мудрого советчика, с которым можно говорить обо всем на свете, не боясь недопонимания и осуждения. Чем взрослее я становилась, тем явственнее видела в его глазах какую-то тоску. Лишь сейчас, поговорив с любимым дядей по-настоящему, по-взрослому, передо мной открылась завеса, скрывавшая все то, что долгие годы хранится в его сердце.

Ринат Наилевич выходец из народа. Родился он 12 апреля 1966 года в семье простых рабочих. Хотя, считаю справедливым отдать должное его матери: девушка из глухой татарской деревни смогла уехать в Казань и подняться до должности главного бухгалтера всероссийской общественной организации, не имея высшего образования. Отец же был инженером-техником.

Молодая семья жила небогато: снимали небольшой пристрой к дому в поселке Савиново. Было сыро и холодно, и потому мальчик рос болезненным. Врачи твердили одно: «С астмоидным бронхитом ребенок не протянет и полугода». Родители приняли решение отправить еще грудного малыша к бабушке и дедушке в деревню Подгорное Дрюшево, что в Сарманском районе Республики Татарстан. Свежий воздух, козье молоко и мед довольно скоро поставили мальчика на ноги. А боевой характер матери помог выбить визит к одному из лучших профессоров-пульмонологов страны и, отправившись с ребенком в Геленджик, пройти курс лечения. Каково же было удивление тех самых врачей-прорицателей, когда через два года мальчик оказался, не только жив, но и совершенно здоров!

С рождением второго ребенка, сестренки Рината – Фариды, семья переехала в поселок Борисково. Однако лишь через год, в восьмилетнем возрасте, мальчик смог пойти учиться, ведь в округе еще не было ни детских садов, ни школ. Первые три класса дались тяжело: незнание русского языка не было помехой в общении со сверстниками, но сильно сказывалось на учебе. К четвертому классу Ринат смог адаптироваться, выучить язык, существенно улучшить свои оценки и даже полюбить уроки истории, литературы, не жалея времени на чтение книг. С первого года он занимался в кружке художественной самодеятельности и активно принимал участие в школьных концертах. Одним словом, творческая личность.

Заканчивая седьмой класс школы, он еще не знал, что в один из августовских дней к ним домой запорхнёт молодая соседка Рамзия:

– Расима апа! – Так звали его маму. – Собирай Ринату чемодан и приготовь  документы. Учиться его повезу!

Вот так 31 августа он оказался в Набережных Челнах, а на следующий день – в приемной комиссии Училища Искусств.

Заведующий отделением Муртазин Мухамет Хафизович был ошарашен: в кабинет влетела Рамзия с каким-то корявым, несуразным мальчуганом и положила на стол документы, где среди прочего был диплом лауреата Всероссийского хореографического конкурса. В тот же момент без тени сомнения было принято решение взять его. Но мальчик опоздал с поступлением: набор в училище производили для выпускников шестых классов. Хотя ему и пришлось второй раз сидеть за партой, будучи семиклассником, но сформировалась замечательная новая группа из четырнадцати девочек и четырнадцати мальчиков.

Прошло четыре года. Учеба, особенно в период сессии, больше напоминала праздник: занятия проходили весело и неординарно, экзамены сдавались легко и с радостью. Некоторые ребята были замечены небезызвестными хореографами и приглашены в ансамбль. Среди таких счастливчиков оказался и Ринат: в 1984 году, перейдя на заочное отделение, он смог вернуться домой в Казань и стать артистом.

Правда, недолго пришлось ему танцевать. Уже в следующем году он получил повестку из военкомата и на два года отправился служить в роте специального назначения внутренних войск Советской армии (72-я отдельная конвойная бригада).

Много смешных, порой и абсурдных историй он рассказывал мне о своей службе. Пожалуй, это единственный период, связанный с силовыми структурами, о котором он говорит с улыбкой, временами с головой погружаясь в теплые воспоминания. Как пытались разжечь огонь без спичек, как ночевали под открытым небом в непроглядной тайге, как без оружия отбивались от любопытного медведя… Не один раз я слышала эти истории за чашкой чая, но всегда заслушиваюсь, проникаюсь и сопереживаю, будто он впервые делится этими эпизодами.

После обязательной службы Ринат вернулся в государственный ансамбль: молодое тело желало движения, а душа - праздника. Концерты и гастроли кружили голову, и не беда, что платили не много. Только после женитьбы стала ощущаться необходимость материального достатка. Кризисная ситуация в стране значительно усложняла жизнь: зарплаты не только задерживали, но и вовсе не платили. Жить было не на что. Единственным выходом было – уйти в силовые структуры.

Решение, принятое им в 1995 году, развернула на 180 градусов не только его жизнь, но и всех близких ему людей. Без каких-либо трудностей Ринату удалось устроиться на службу в кремлевский батальон вневедомственной охраны МВД, а через год он попал в службу безопасности президента. Множественные проверки, изнурительная физическая подготовка – результатом этих испытаний стала хорошая должность в отделе специальных мероприятий, а затем – перевод в отдел подготовки объектов для встречи охраняемых лиц. Параллельно со службой приходилось и учиться: пятилетнее обучения в Академии МВД было необходимо для непрерывного повышения квалификации.

Неотъемлемой частью работы с высокопоставленными людьми были частые командировки. И если для кого-то рабочие поездки — это возможность путешествовать, видеть новые места и знакомиться с новыми людьми, то для охраны – это непредсказуемая обстановка и режим полной боевой готовности.

2000 год. Разгар Второй чеченской кампании. Равиль Фатыхович Муратов, первый заместитель премьер-министра РТ, в сопровождении личной охраны и сводного отряда направлен на Северный Кавказ для встречи с представителями временной власти. Внезапное нападение боевиков оппозиции спровоцировало боевое столкновение. Господин Муратов был экстренно эвакуирован, а группе сопровождения пришлось вернуться на исходную позицию и принять бой.

Звучит героически, правда? А знаете, что движет солдатами? Доблесть, чувство долга, жажда справедливости? Нет! Красивые слова и высокие порывы души отступают при встрече с суровой реальностью и ужасом войны. Остаются лишь страх и желание выжить. О таком не пишут, не рассказывают, об этом молчат. Главные герои фильмов бесстрашны и самоотвержены, их удачливость поражает, предвосхищая счастливый конец. Но бывает ли так в жизни?

Отряду удалось выйти к горной дороге, где стояло подразделение десантных войск. Штурмовая группа взяла их к себе на борт, и три небольших танка, уйдя от обстрела, двинулись в сторону населенного пункта. Как бы ни хотелось сказать, что все благополучно добрались, но некоторым было не суждено вернуться к семьям: отряд ожидала засада. Всю дорогу машины держали дистанцию в 25 метров, значит, замыкающий танк, на борту которого находился мой дядя, был на расстоянии чуть больше 50-ти метров. Первая машина была подорвана фугасом; взрыв был настолько сильным, что коснулся каждого. Двое сотрудников охраны были убиты осколками, еще двое – убиты боевиками. Взвод десантников тоже сильно пострадал. Ринат, как и многие, был ранен, но контузия привела к потере сознания, и потому о происходившем во время боя безумии остается лишь догадываться.

В 2001 году Ринат был отправлен на пенсию по состоянию здоровья. Ему оформили инвалидность. Тридцатипятилетнему мужчине в полном расцвете сил «какая-то царапина» вовсе не мешала жить и работать в частной фирме, поэтому ежегодно проходить медосмотры, всевозможные проверки казалось пустой тратой времени.

С возрастом, после пятидесяти, ранение напомнило о себе сильными приступами боли, мешая работать. Но тогда, в начале нулевых, физическая боль была нестрашна. Куда серьезнее были последствия от пережитого: начались приступы ярости.

Нет, он не разрисовывал стены кровью и не кидался на людей. Его угнетали мысли. Выводило из себя то, что где-то совсем под боком люди борются за право на жизнь и самоопределение, страдают невиновные, а здесь люди живут своей жизнью, совершенно безразличные к происходящему, «пьют, жрут и сверкают роскошью». Они не только не знают об иной жизни, но и не хотят ничего знать о чужих проблемах. Перед глазами всплывали лица молодых ребят: все, что им было нужно, – это иметь возможность быть, работать, растить детей и самовыражаться. На что готов пойти народ ради свободы!

Тяжелое психологическое состояние повлекло за собой и проблемы в семье. Развод. Попытка построить новую семью также не увенчалась успехом. Самостоятельно избавиться от навязчивых мыслей, а значит, и от приступов было невозможно. Решение одно – пройти реабилитацию. Единственным человеком, который не отвернулся, поддерживал и старался помочь, оказалась мама. Она помогла организовать лечение в Кизляре, в Казанском военном госпитале, а после – неофициально в психиатрической больнице имени В.М. Бехтерева.

Помощь врачей и искренняя любовь близкого человека – не единственное, что помогло выбраться из болезненного состояния. Ничто в этом мире не случайно: еще в Чечне парни рассказывали ему об исламе, познакомили с Куръаном и научили читать намаз. В самый темный период жизни в памяти всплыли эти знания и маяком указали ему путь, помогли успокоиться и найти себя. Всевышний милостив и милосерден!

Ринат смог начать все с чистого листа. Нашел женщину, которая смогла принять его целиком и полностью, таким, какой он есть. Теперь он оберегает ее ото всех невзгод, как нежный цветок в непогоду. У них двое чудных сыновей, Камиль и Самат. Мама может быть спокойна за воспитание мальчишек, ведь их отец – настоящий мужчина.

 

АЛИМОВА Динара, специально для Исламского портала


Количество показов: 582

Возврат к списку