Камила Хайретдинова: «Многие считают, что ростовщичество связано только банкингом, однако, оно все еще остается во взаимоотношениях между мусульманами»

Камила Хайретдинова: «Многие считают, что ростовщичество связано только банкингом, однако, оно все еще остается во взаимоотношениях между мусульманами» 1 Июня 2021

Еда стала халяль, а способ заработка все еще нет: о том, из-за чего в России до сих пор не функционирует исламский банкинг нам рассказала выпускница малазийского университета INCEIF, Камила Хайретдинова

INCEIF – это лидирующий в мире университет, посвященный теме исламских финансов, расположенный в Куала-Лумпур в Малайзии, а сама Малайзия, одна из ведущих стран в сфере исламской экономики. В статье «Malaysia plans to be the first Islamic financial superpower» сети издания «The conversation» подмечено: «Спрос на исламские финансовые услуги растет как на региональном, так и на мировом уровне, и Малайзия имеет все возможности для того, чтобы воспользоваться этим. Именно исламские финансы обеспечивают Малайзии преимущество перед соседними финансовыми центрами. По данным её центрального банка, активы исламского банкинга Малайзии составляют 168,4 млрд долларов США, что составляет четверть всей её банковской системы. Это, в свою очередь, составляет более 10% всех мировых активов исламского банкинга. Исламский финансовый сектор страны характеризуется надежной и соответствующей шариату нормативной системой. У нее сильный рынок сукук (исламских облигаций) - более 60% от общемирового рынка, что делает Малайзию одной из ведущих мировых площадок исламского капитала. Это привлекает учреждения со всего мира и связанный с ними пул ликвидных денежных средств».


TUzN06O_HkA.jpeg


Камила, как и другие студенты, получила грант на обучение в INCEIF. Она рассказала об особенностях университета и о том, почему малазийцы подходят к учебе более осознанно:

– Я выбрала малазийский университет, потому что мне посоветовали его как один из лучших в направлении подготовки исламские финансы. О том, что там есть возможность обучаться по гранту, я узнала, еще работая в Москве.

Мне пришлось собрать много документов, портфолио, сдать международный экзамен по английскому языку IELTS, перевод дипломов и т.д. До этого мне всегда была интересна культура азиатских стран, я даже интересовалась китайским языком. Но о самой Малайзии я мало что знала до начала учебы. Собираясь поехать в эту страну, при обсуждении с членами моей семьи один из них спросил меня: «Что это за регион? Там еще живут аборигены? Это острова?». Я никогда не слышала об этой стране ранее.

Мы полностью учились на английском языке, часть материалов была на арабском (термины, названия, положения исламского права). Я записалась на курсы изучения местного языка, но так и не выучила, потому что по звучанию он мне не импонировал. Потребности выживания на местном языке также не было, потому что я жила в центре, и все знали английский, интернациональный язык.

Я училась 2 года по программе: «Магистр исследований в сфере исламских финансов». В университете нас научили писать статьи, проводить исследования, публиковаться на международном уровне. Мы работали с количественными и качественными данными. Я поняла, что российского научного опыта недостаточно, всегда нужно ориентироваться на то, чтобы твои научные работы были международного уровня. Для хорошей научной работы нужен доступ к публикациям, журналам не только на одном языковом ресурсе, но и других, иностранных сайтах.

У нас были дисциплины, связанные исламской экономикой (исламский рынок капитала, банкинг, основы имущественных отношений по исламу, источники исламского права). Нравилось ли мне обучение? Конечно. В какой-то момент я почувствовала себя как в семье, студенты были особенно душевными ребятами. Некоторые прибыли из Европы, другие из Африки.

Что особо ценно в наших наставниках, так это то, что преподаватели были практиками, их опыт был непередаваемо бесценным, не во всех книгах я бы нашла то, что они говорили. Один преподаватель, насколько я помню, учился в Гарварде, кто-то сейчас руководит инфраструктурными организациями в сфере исламских финансов.

Я думаю, можно много чего перенять у малазийцев в системе образования. Например, экзамены. Никто никогда там не списывал. Отношение людей к учебе иное: они считают списывание недостойным, что, к сожалению, не скажешь о российских студентах. На экзаменах типы вопросов были направлены на понимание, размышление, то есть спрашивалось только то, что мы реально могли усвоить, а не только теоретические вопросы.

Что касается культуры азиатской страны, то местное население составляют малазийцы, китайцы и индусы. В столовой располагались мини-кафе, в которых продавали арабскую, малазийскую, китайскую, индийскую еду. Такое сильное смешение культур иногда заставляло меня почувствовать себя в нескольких странах сразу.

Однако были и минусы. В Малайзии душно, жарко и влажно одновременно. Мне не хватало немного ветра со свежестью. Однако и это окупалось тропическими фруктами. Бывало такое, что я покупала какие-то продукты с супермаркета и не знала, как их есть, поэтому приходилось гуглить. Еда другая, культура, люди. Если азиаты мне казались закрытыми, то турки напоминали мне что-то родное, наверное, поэтому с ними во время учебы мы общались гораздо ближе.

Надо признать, что учиться было сложно, особенно в первое время, потому что для обучения по гранту необходима хорошая успеваемость. Я снимала комнату в общем блоке с другими студентами. Из России со мной находилась лишь одна девушка. На момент завершения обучения я не хотела там оставаться, скорее всего, из- за климата. Хотя там очень хорошие условия, для мусульман в том числе.


5AukhOi2W5Q.jpeg 


– Камила, как ты считаешь, почему в России все еще нет исламского банкинга?

– Я считаю, что большая ответственность лежит на нас самих, мусульман. Низкий спрос, низкая осведомленность. Когда завершались какие-то исламские проекты, мало людей «выходило на улицы», чтобы их отстоять. Нет осознания того, что это такая же необходимость жизни, как и другие сферы. Для многих мусульман ислам как будто остается только в мечети: производится никах, прощание с умершими. Но в жизни ислам везде. Ислам — это все сферы жизни, и такого полного понимания у многих людей на сегодняшний день нет. Люди знают, что курица должна быть халяль, но вот то, что деньги, на которые ты покупаешь эту курицу тоже должны быть дозволенными - не знают.

– Как решить данную проблему?

– Нужно повышать осознанность, осведомленность в этом вопросе. А также, когда есть какая-либо инициатива в сфере развития исламской инфраструктуры, банкинга и прочего, это нужно поддерживать рублем, распространением информации.

Я не считаю, что правовой аспект ­– большая проблема для построения исламской финансовой системы, хотя пробелы там тоже есть. Нужно начинать с малого. Например, сейчас я занимаюсь консультированием в сфере составления договоров, соответствующих одновременно исламскому праву и российскому законодательству. Каждый день люди заключают договоры, ежедневно из этих договоров нужно убирать то, что не должно быть по исламу. Пример: в договоре купли-продажи если есть штрафы за просрочку платежа, но ведь это является ростовщичеством. Многие считают, что ростовщичество связано только с традиционными банками, а между людьми его может и не быть. Но это не так, и такое восприятие информации нужно искоренять, направить силы на просвещение мусульман.


BHmQgb6iTK4.jpeg


­– Как в Россию можно внедрить исламские финансовые продукты?

– Нужно смотреть на те страны, которые близки к России по модели. Ориентироваться стоило бы на Великобританию или Люксембург, например: им удалось гармонично представить населению мусульманскую финансовую систему. В России был пилотный выпуск сукук, сейчас, например, усиленная работа ведется в НИУ ВШЭ. Я надеюсь на светлое будущее исламской финансово-экономической системы в России.

 

ГАЛИЕВА Айсылу, специально для Исламского портала

 

 


Количество показов: 928

Возврат к списку