Рашид Ганнуши: Страны Запада – это даруль-ислам

Рашид Ганнуши: Страны Запада – это даруль-ислам 29 Апреля 2011

В своем интервью для onislam.net лидер тунисского движения «Возрождения» (Ан-Нахда) мусульманский мыслитель Рашид аль-Ганнуши поведал о необходимости просмотреть заново многие из распространенных взглядов, лежащих в основе мусульманской мысли и считающихся неизменными.

Шейх Ганнуши говорит, что «вследствие определенных исторических условий» в Исламе в прошлом царили строгие толкования. Сейчас же, по его словам, исходя из необходимости для исламского фикха заниматься и современными проблемами и реалиями, следует придавать таким современным понятиям, как «гражданство» и «свобода» то значение, которое они заслуживают.

Хотя Европа называется «старым светом», для Ислама это «новый свет», и он дает новые доказательства существующего в наследии Ислама принципов жизни с людьми иного вероисповедания и культуры. Шейх Ганнуши поведал и о марокканском ученом Аль-Ваншариси, рекомендовавшим мусульманам Анналусии переселиться в «даруль-ислам». В сравнении с этим ученым он приводит тунисского ученого Аль-Мазари, вынесшего фетву для мусульман Сицилии, что они должны оставаться на своей земле несмотря на то, что мусульманское государство пало. История же, по словам Ганнуши, подтвердила правоту Аль-Ваншариси – его фетва в условиях царившего в те времена в Европе фанатизма была самой правильной.

Onislam: В одной из своих последних статей вы сравниваете существующее на Западе понятие «гражданина» с исламскими понятиями и критикуете некоторые из них. В то же время вы критикуете и слова Саида Кутба «Нация мусульманина – его вера». Вы считаете, что правильно заново переосмысливать указания фикха в соответствии с реалиями современности, в частности, с увеличением мусульманского присутствия на Западе?

Ганнуши: Проблема связана не с переосмыслением некоторых считающихся неизменными принципов Ислама, а с новым подходом к некоторым сторонам господствовавшей в прошлом политической культуры. Такая культура относится не к фундаментальным положениям Ислама, а является отражением условий, господствующих в некоторых породивших определенную культуру и понятия политических системах. Примером этого является использование терминов «даруль-ислам» и «даруль-харб», введенных с целью обозначения того состояния войны, которое существовало в те времена между мусульманами и немусульманами. Все страны за пределами исламского государства объявлялись «миром войны» - «даруль-харб». То же самое относилось и к немусульманам в их отношении к мусульманам.

Но война не является в Исламе деянием, к которому следует стремиться и которого следует желать. Война является орудием в тех случаях, когда нет иного способа решения проблемы. Она не может использоваться в отношениях с немусульманами, которые сами не нападают и избирают мир. В Коране Аллах говорит: «Если они склонятся к миру, то склонись и ты к нему и полагайся на Аллаха: ведь Он - слышащий, знающий!» (Анфаль 8/61).

Если эти понятия будут господствовать в современных международных связях, то не останется места правам человека, включая свободу вероисповедания и жизни без угрозы и давления. В этих условиях мусульмане лишились бы возможности исполнять предписания своей религии. Собственно, такое положение и сохранялось, когда в христианстве и других религиях царил религиозный фанатизм. Мусульмане были вынуждены покидать такие страны, они ослабевали и не могли защищать себя. Показательными примерами здесь являются Андалусия и Южная Италия. Можно также дополнить пример. Такие уляма того времени, как марокканский алим аль-Ваншариси, вынесли фетву для мусульман, живущих в завоеванных христианами эмиратах: покинуть свои дома и эмигрировать в мусульманские страны, в противоположном случае они впадут в грех.

С другой стороны, такие алимы, как тунисский Имам аль-Мазари, после падения власти мусульман в Южной Италии вынесли фетву, что мусульмане должны остаться и вершить призыв с надеждой снова укрепить там мусульманское присутствие. Но история показывает нам, что в условиях фанатизма, накрывшего Европу, более верной был фетва аль-Ваншариси. Но стали ли бы аль-Ваншариси и поддерживающие его алимы настаивать на своей фетве, видя сейчас в тех странах, где жили наши предки, многочисленные мечети, мектебы, миллионы мусульман, свободно исполняющих свои религиозные предписания, живущих в немусульманских, но демократических странах?

Не учитывая изменившиеся время и условия, требовать от мусульман, которые сейчас как национальные и религиозные меньшинства живут в немусульманских странах, покинуть свои дома и переселиться в «даруль-ислам», принесет ли пользу Исламу? В действительности это было бы прекрасным подарком от невежественных мусульман для ультраправых фашистских лидеров, крайне обеспокоенных быстрыми темпами распространения Ислама. Но опять же, это распространение возможно только в условиях развитой в современных условиях демократии и соблюдении прав человека. Можно также добавить – это и физически невозможно выселить сотни миллионов мусульман.

Onislam: Вы утверждаете, что определение стран Запада как «даруль-харб» уже не отвечает реалиям современности и является понятием, представляющим неправильную трактовку фикха, поэтому и нет необходимости применять и обновлять его?

Ганнуши: Да, так. Хочу привести еще один пример. Совершив утренний намаз в одной из мечетей Лондона, я остался там для проповеди. После проповеди ждал восхода солнца для совершения дополнительного намаза «зуха». Потом, чтобы провести время, просматривал книги в библиотеки мечети. Только после я направился к выходу, чтобы пойти домой. Служащий мечети для опоздавших и пришедших на намаз оставил открытым черный ход, а потом ждал, когда все разойдутся, чтобы закрыть главный вход. В Англии с наступлением времени полуденного намаза главные двери мечетей открываются снова, чтобы желающие могли совершить намаз, почитать Корана или посетить уроки. Мечети остаются открытыми весь день до вечернего намаза – магриб.

Положение мечетей в «даруль-ислам» являет полную противоположность этому. Государство оказывает давление на все, включая и эти мечети. В некоторых из этих стран, например, Тунисе, без получения одобрения министра запрещено проводить уроки в мечетях. Мечети в этих странах закрываются сразу же после завершения намаза, а открываются буквально за несколько минут до наступления намазов. Не идет и речи о политических свободах, свободе слова, независимости суда в этих странах.

Поэтому я не вижу вразумительных причин, по которым бы страны, предоставляющие мусульманам и представителям других религий право выбирать свою веру, практиковать, пропагандировать ее и даже оказывать влияние на государственные дела, определялись бы как «даруль-харб». Мы знаем прекрасный пример из ранней истории Ислама, когда первые мусульмане, чувствуя всяческие притеснения в своей родной Мекке, были вынуждены по указанию нашего Пророка (с.а.в.) эмигрировать сначала в Эфиопию, а потом в Ясриб (Медину).

Исходя из всего этого, в качестве «даруль-ислам» следовало бы определять всякое государство, где мусульмане могут открыто и в безопасности исполнять свои религиозные обязанности. Хадисовед Юсуф аль-Джади в своей книге «Даруль-харб и даруль-ислам» говорит об этом. Свобода и право открыто и в безопасности исповедовать свою религию в современном мире взято под гарантию во всех демократических государствах. И огромное большинство этих стран не являются традиционными странами «даруль-ислама».

Onislam: Из всего сказанного Вами я сделал такой вывод: «Понятие гражданства в современной исламской мысли нуждается в переосмыслении». Я правильно понял?

Ганнуши: Принимая во внимание реалии современности, мы должны переосмыслить целый ряд понятий. Среди них и понятие «гражданство». Ведь граждане одной страны вне зависимости от того, имеют ли общие религиозные убеждения, живут на одной земле. Поэтому все граждане имеют одинаковые права. Это понятие имеет глубокие корни и в Исламе. Это отражается в принятой во времена нашего Пророка (с.а.в.) Конституции Медины, целью которой было обеспечить единство мединского общества, собравшего в себе представителей разных религий.

Здесь я хочу подчеркнуть, что Ислам – это не религия какой-либо личности. В полном соответствии с определением современных демократических механизмов Ислам через такой институт, как «шура» - «собрание» - предоставляет своим последователям возможность влиять на принятие решений. «Шура» может стать полномочным собранием, имеющим функции контроля. Для этого у нас должны быть избранные представители, действительно выражающие чаяние различных слоев общества. Это будет гарантией того, что они не будут принимать политических решений и законов, противоречащих вере или интересам страны.

Когда исчезнут давление и авторитаризм, призывающим к Исламу следовало бы приложить все усилия, чтобы уничтожить все страхи относительно возможности функционирования свобод в Исламе. Ислам – это революция в понятии свободы, он полностью соответствует природе человека. Поэтому он и не чужд человеческому духу. Если исчезнут препятствия между этой религией и человеком, то люди бегом придут к Исламу. Исходя из этого, свобода – это милость для Ислама. Образно говоря, при свободных рыночных отношениях такой ценный товар, как Ислам, будет оценен каждым.

Это и имеется в виду в снова и снова повторяющихся в вечной книге нашей уммы – священном Коране – словах, содержащих вызов врагам Ислама:

«Представьте ваши доказательства, если вы правдивы!» (Бакара 2/111)

«Воистину, одни из нас либо на прямом пути, либо в очевидном заблуждении» (Саба 34/24)

«Скажи: "Принесите же книгу от Аллаха, которая была бы их путеводной, - я последую за ней, если вы говорите правду!"» (Касас, 28/49)

В действительности, такие содержащие вызов слова были бы бессмысленны, если бы не было соревнования и борьбы. В таком случае они всего лишь выражали бы неуверенность и страх.

Onislam: Значит, вы утверждаете, что понятия «даруль-харб» и «даруль-ислам» понимаются неправильно. Запад, вследствие произошедших в нем в последние столетия изменений, стал «даруль-исламом», ценность, которую необходимо признавать за свободами, он признает своей светскостью. В свете этого я хотел бы задать следующий вопрос. Из Вашего подхода, из необходимости нового фикха не вытекает ли цель создания нового исламского подхода, ставящего в центр свободу?

Ганнуши: Как подчеркивали такие современные реформаторы, как Джамаледдин Афгани, Абдуррахман аль-Кавакиби, Мухаммад Абдо, Хасан аль-Банна, Маудуди, если поклоняющийся чему-либо человек не является свободным, то, согласно Исламу, его объект поклонения не считается таковым. Если человек не свободен, ни его слова, ни заключенные им соглашения, ни его человеческая сущность не имеют смысла. Частичная воля и свобода (ирада аль-джуз’и) – это почитаемая и Всевышним Аллахом ценность, дарованная человеку. Это почитание проявилось в том, что ангелы, которым было приказано днем и ночью поклоняться Аллаху, склонились в сажда перед Адамом.

«Они восхваляют ночью и днем неустанно, не ослабевая» (Анбийа, 21/20)

«Над ним - ангелы, грубые, сильные - не ослушиваются Аллаха в том, что Он приказал, и делают то, что им приказано» (Тахрим, 66/6)

Хотя в священном Коране человек описывается как неблагодарное, спешащее, в своем большинстве любящее спорить существо, он наделен разумом, свободой и волей, позволяющим ему исправить свое положение, очистить себя, просить прощение у Аллаха и обратиться к пути истины.

Очень важно, что Ислам не стал инструментом и не получил урон от действий несправедливых и деспотичных правителей, уничтоживших свободу и совет (шура) как метод правления эпохи праведных халифов. Одна из самых известных смут в истории Ислама – это противостояние между советом (шура) времен праведных халифов и сторонниками иных методов правления. Противниками метода правления праведных халифов были группы, испытывающие влияние двух моделей – византийской и иранской, кроме того, на них была грязь племенной клановости времен джахилии. Мы можем совершенно уверенно утверждать, что завоевания первого века Ислама имели целью утвердить свободу и справедливость. Это ясно выразил Риба бин Амир. Когда правитель Ирана спросил у него: «Зачем вы пришли сюда?», Риба бин Амир сказал: «Мы пришли для того, чтобы избавить вас от несправедливости разных религий и привести к справедливости Ислама». Революции, возникавшие на протяжении истории Ислама, имели источником вдохновения модель свободы первых веков Ислама. Но с течением времени и под влиянием получивших самое широкое распространение искушений, исламская культура стала свидетельницей радикальных изменений, открывшим дорогу несправедливым и деспотичным методам правления и утвердившим их в качестве основных. Это похоже на те изменения, которые до этого внесли в свои религии священники и раввины. В связи с этим революции, как научные, так и политические, объединились с протестом против религии. С этим связано также и появившееся позже противостояние между свободой и верой, религией и наукой, т.е. между методами, выработанными человеком, и методами, утвержденными Аллахом. Между тем в Исламе и исламской культуре нет места такому противостоянию.

Ислам был революцией, которая создала основы этой уммы, заложила фундамент культуры и свободной воли. В какой степени понятие свободы в Исламе в вероубеждении  обращается в давление, в фикхе – в подражание (таклид), в воспитании – в строгий подход, в политике – в авторитарные методы правления, в той же степени теряет блеск исламская культура, а умма переживает упадок.

Первой причиной этого являются волны фанатизма, объединенные с наследием деспотизма, отстраненности, такфиризма и мазхабизма. Другой причиной является восприятие как чуждых, сомнительных и неодобрительных призывов к свободе. В своей сути призыв к свободе лежит в основе всякого реформистского движения в истории уммы. Здесь всегда звучали призыв вернуться к чистым истокам откровения (вахи) и согласовываться с новыми явлениями, открытиями, новым опытом и проблемами. Позже стали предпринимать действия, чтобы найти новые пути решения возникших проблем. Чтобы преуспеть в этом, мы должны создать здоровые основы во имя свободы, укреплять их и распространять (без этого не может идти и речи о развитии, культуре и творчестве). Даже сами законы Ислама невозможно воплощать в жизнь в полной мере при отсутствии свободы. Мы должны создать здравый Ислам, оживить исламскую культуру. Если наш разум и душа не далеки от тирании и давления, мы не сможем создать здравый исламский фикх. Сердце уммы, т.е. арабский мир, в глобальных масштабах в отношении свободы представляет собой черную дыру. Так как боятся, что арабский мир произведен коренные изменения в соотношении сил в мире, а вся умма последует за ним, в международных масштабах ведется работа для того, чтобы парализовать его способность к движению и правильному образу действий. Но, безусловно, наступит время, когда этот великан (умма) придет в движение. Тогда грядут великие перемены.

Источник: www.islamiyorum.com


Количество показов: 5417

Возврат к списку